Митрополит Иларион: Отсутствие тех или иных Церквей в Аммане не сделает встречу менее значимой

В преддверии встречи глав и представителей Поместных Православных Церквей в столице Иордании председатель Отдела внешних церковных связей Московского Патриархата митрополит Волоколамский Иларион рассказал порталу "Интерфакс-Религия" о том, что и в каком формате планируется обсудить на этом форуме. 

– Владыка, чего Вы ожидаете от встречи в Аммане?

– Мы ожидаем братской дискуссии Предстоятелей и представителей Поместных Православных Церквей по вопросам, волнующим сегодня православный мир. Этих вопросов много, и попытки представить дело так, будто они решаются или уже решены, могут лишь ввести в заблуждение.

Так, например, Константинопольский Патриархат утверждает, что уже «решил» проблему украинского раскола. Но раскол невозможно уврачевать путем простой легитимизации действий раскольников – без покаяния и перерукоположения тех, кто именует себя иерархами, не имея в действительности священного сана.

В Православной Церкви епископом может считаться только тот, кто был рукоположен двумя или более епископами, имевшими на это право. Нынешняя «иерархия» ПЦУ – это лица, не имеющие канонического рукоположения. Один из них, например, был рукоположен двумя лицами – запрещенным в служении епископом Русской Церкви и самозванцем, выдававшим себя то за православного, то за униатского архиерея, то за англиканского пастора, а в действительности не имевшего ничего, кроме диаконской хиротонии. Лиц, получивших рукоположение таким образом, называют в народе «самосвятами». А Патриарх Варфоломей без всякого исследования, на основе подсунутых ему раскольниками подложных документов, принял их в общение без покаяния и перерукоположения, «восстановив» их в сане, которого они в действительности никогда не имели.

Есть и много других нарушений, допущенных в процессе предоставления «автокефалии Украине», как выражаются в Константинопольском Патриархате. И главное из них – то, что автокефалия была дана группе раскольников вопреки воле канонической Украинской Церкви, объединяющей двенадцать тысяч приходов, более двухсот пятидесяти монастырей и миллионы верующих. Она не просила автокефалии, но ей попытались навязать автокефалию. Когда же она отказалась, томос был выдан альтернативной группе.

– Будет ли Блаженнейший митрополит Онуфрий участвовать во встрече?

– Да.

– Вы не боитесь, что отсутствие ряда Поместных Церквей в Аммане сделает встречу недостаточно авторитетной?

– Мы готовы обсуждать межправославные проблемы в любом формате – двустороннем, трехстороннем, многостороннем. Иерусалимский Патриарх пригласил все общепризнанные Поместные Церкви принять участие. Кто-то ответил согласием, кто-то отказом. На Критский Собор, созванный Константинопольским Патриархом в 2016 году, тоже не все поехали. А здесь речь не идет ни о всеправославном соборе, ни о том, что в последние годы стали называть «синаксисом» – официальной встречей Предстоятелей Церквей. Это братская встреча тех, кто пожелал в ней участвовать, для обсуждения накопившихся вопросов. Кто-то должен помочь Православным Церквам найти пути выхода из кризиса. Сегодня инициативу организовать дискуссию взял на себя Иерусалимский Патриарх, и мы ему за это благодарны.

– Отказ Антиохийского Патриархата от участия во встрече был для Вас неожиданным? Чем Вы его объясняете?

– Антиохийский Патриархат в свое время отказался от участия в Критском соборе из-за неурегулированного конфликта с Иерусалимским Патриархатом по вопросу церковного присутствия в Катаре. Та же причина упоминается в коммюнике Антиохийского Патриархата, посвященном отказу от участия во встрече в Аммане. Насколько нам известно, в последние дни велись переговоры между Антиохией и Иерусалимом по этой теме, однако, по всей видимости, они не увенчались достижением полного согласия.

– А чем объясняется отказ Болгарской и Грузинской Церквей?

– Опять же, обе эти Церкви отказались в свое время от участия в Критском соборе, и у каждой были на то свои причины. Грузинский Патриарх, в частности, объяснил свой отказ тем, что вопросы должны решаться в общеправославном диалоге, то есть с участием всех Церквей.

Отсутствие тех или иных Церквей в Аммане не сделает встречу менее значимой. В свое время, когда четыре Церкви объявили об отказе участвовать в Критском соборе, Патриарх Варфоломей все равно его провел, и решения этого собора в Церквах, принимавших в нем участие, считаются обязательными. В Аммане не предполагается принятие каких-либо решений. Это встреча не для принятия решений, а для братского обсуждения назревших проблем и путей возможного выхода из кризиса.

Будем надеяться, что встреча в Аммане станет началом процесса обсуждения общеправославных проблем, к которому со временем присоединятся и другие Церкви.

– Какие проблемы, помимо украинской, будут обсуждаться?

– Я предполагаю, что Сербская Церковь захочет обсудить ситуацию в Черногории, где власти ввели дискриминационный закон, позволяющий отбирать собственность у канонической Церкви и передавать ее другим структурам. Возможно, будет обсуждаться также церковная ситуация в Северной Македонии.

Кроме того, есть вопросы, которые должны были рассматриваться на всеправославном уровне, но были сняты с повестки дня Критского собора еще до его созыва. Это, в частности, вопрос о том, кто и при каких обстоятельствах имеет право предоставлять автокефалию. В ходе предсоборного процесса Церкви принципиально договорились о том, что автокефалия может в дальнейшем предоставляться только с согласия всех общепризнанных Поместных Церквей. Но Константинополь сначала добился того, что тема исчезла из повестки дня, а теперь заявляет, что эти договоренности не имели силы, и усваивает себе единоличное право вторгаться в чужие пределы, перекраивать границы Церквей, предоставлять автокефалию кому вздумается, в том числе раскольникам, не имеющим канонических хиротоний.

Мы столкнулись с невиданной доселе ситуацией, порожденной действиями одного из Предстоятелей. Он возомнил себя «первым без равных», имеющим право действовать единолично, без согласия других Церквей. В этой ситуации Предстоятелям и представителям Поместных Церквей есть что обсудить и о чем подумать.