Warning: Invalid argument supplied for foreach() in /var/www/vhosts/mospat.ru/httpdocs/church-and-time/wp-content/plugins/hyper-cache-extended/cache.php on line 392
Византийские иконы на монетах нормандского правителя сирийской Антиохии — Церковь и Время
mospat.ru
Опубликовано в журнале "Церковь и время" № 64


С. П. Брюн

Византийские иконы на монетах нормандского правителя сирийской Антиохии

Опыт рецепции византийской иконографии родившейся на заре крестовых походов

Как известно, Италия исторически служила центром со­прикосновения латинского Запада с Византией и, конечно же, центром западной рецепции византийского искусства. В раз­личных регионах этого разнородного и разобщенного полуос­трова можно встретить многочисленные памятники византий­ского искусства и более или менее близкое византийским об­разцам подражание. Более того, южные земли Италии — Апу­лия и Калабрия — вплоть до начала 70-х годах XI века остава­лись под властью ромейских василевсов1. Однако нельзя не отметить, что среди народов Италии XII века необычайно от­крытыми к приятию византийского искусства оказались не толь­ко ломбардцы, римляне или венецианцы, но и чужеземные се­верофранцузские завоеватели — нормандцы. Естественно, речь идет не столько о первых нормандских завоевателях, сколько о втором и третьем поколениях нормандцев, рожденных на от­воеванных у ромеев и арабов землях Апулии, Калабрии и Си­цилии. Ярчайшим свидетельством любви нормандских госу­дарей Южной Италии к искусству Византии остаются создан­ные по их заказу великолепные мозаики Палатинской капел­лы, Мартораны, Чефалу и Монреале. Но не менее значимым центром западной (и, в частности, нормандской) рецепции ви­зантийской культуры, иконографии и искусства стала Сирия, в особенности древняя столица эллинистической и византийс­кой Сирии — Антиохия.

В годы Первого крестового похода итало-нормандцы под командованием Боэмунда Тарентского смогли продолжить эк­спансию на Восток и утвердиться на землях византийской Си­рии, где ими было основано княжество Антиохийское — одно из двух первых латинских государств в Леванте. Став столи­цей нового нормандского государства, Антиохия стала и но­вым центром соприкосновения латинян и Византии. Соприкос­новение это принимало различные формы, варьируясь от оже­сточенных военных столкновений до весьма интенсивного об­щения в сфере церковной, городской и торгово-экономичес­кой жизни. В том числе нормандская Антиохия превратилась и в своеобразный форпост латинской рецепции образов визан­тийского искусства. К великому сожалению, мы не можем про­вести полномасштабного сопоставления византийских памят­ников нормандской Италии и нормандской Антиохии; как из­вестно, в 1268 году Антиохия была полностью уничтожена мамлюками. Так, если при рассмотрении византийских памят­ников, возведенных итало-нормандцами, мы можем опираться на сохранившиеся дворцы, соборы и церкви, то в случае с нор­мандцами Антиохии нам остается ссылаться лишь на отдель­ные археологические и документальные свидетельства и, ко­нечно же, на нумизматику. Нумизматика, в особенности фоллисы первых нормандских князей Антиохии, служит удивитель­ным и по-своему многогранным свидетельством того, что осев­шие в Сирии нормандцы не меньше своих южно-итальянских собратьев проявили тяготение к византийскому искусству и иконографии. В данной статье мы предлагаем обратиться к фоллисам, которые чеканились третьим из нормандских кня­зей Антиохии — Рожером.

Рожер принадлежал к третьему поколению нормандцев, рожденных в Средиземноморье. Его отец — Ричард дель Прин- чипато (или Ричард Салернский) был участником Первого кре­стового похода, а также кузеном и ближайшим соратником первых двух нормандских правителей Антиохии — Боэмунда и Танкреда. Вероятно, Рожер перебрался из Италии в Левант вслед за отцом в первом десятилетии XII века. В декабре 1112 года он наследовал своему двоюродному дяде — Танкреду и взошел на престол княжества Антиохийского2. Семилетнее правление князя Рожера (1112-1119) было насыщено события­ми3. Осенью 1114 года Сирия была сокрушена мощным земле­трясением; последующее восстановление сирийских городов и крепостей (Антиохии, Мараша, Арты) выпало на долю князя Рожера. В следующем, 1115, году началось вторжение сельд­жуков, подобного которому не было со времен осады Анти­охии 1098 года. Но превосходящие силы тюрок-сельджуков были наголову разбиты армией князя Рожера в битве у источ­ников Тель-Данита (14 сентября 1115 г.). В последующие годы Рожер продвинул границы княжества Антиохийского на вос­ток, с двух сторон охватив исламскую твердыню северной Си­рии — Алеппо. Более того, при Танкреде и Рожере эмиры Алеп­по вынуждены были платить дань князьям Антиохии. Также в годы правления Рожера антиохийские рыцари дважды отправ­лялись на юг — в Палестину, дабы оказать помощь старшему из государей Заморской земли, королю Иерусалимскому (1113, 1118). Рожер славился и как покровитель иерусалимского ор­дена Святого Иоанна (т.е. госпитальеров); в его правление гос­питальеры получили новые наделы и доходы на землях княже­ства. Кроме того, Рожер был известен своей открытостью к народам Востока (как к мусульманам, так и к христианам). Следуя примеру своего предшественника Танкреда, он не гнушал­ся заключать союзы с мусульманскими эмирами Сирии4. Что ка­сается отношений к восточно-христианскому населению — имен­но Рожер оградил Сирийскую (Сиро-яковитскую) Церковь от вме­шательств и посягательств со стороны латинского Патриарха Ан­тиохии, что с благодарностью отмечал в своей хронике Михаил Сириец 5. К периоду правления Рожера относятся и наи­более интересные и яркие примеры нормандской рецепции ви­зантийской иконографии, примеры, которые встречаются на фоллисах этого князя.

Как известно, нормандские князья Антиохии продолжали пользоваться услугами местных греческих мастеров, чеканив­ших византийские фоллисы. К правлению Боэмунда и Танкреда относятся фоллисы с изображениями Христа Пантократора и апостола Петра, с греческими легендами, именами князей или монограммой «IC XC NIKA» между лучами креста на реверсе. Танкред также ввел на антиохийских фоллисах и собственное изображение; на фоллисах этой серии чеканился поясной порт­рет сжимающего меч князя, облаченного в византийские одеж­ды и арабский тюрбан. Портреты выполнены греческими масте­рами и, несмотря на эклектику образа, по стилю и иконографии прямо перекликаются с аналогичными византийскими поясны­ми изображениями ромейских василевсов. Однако в правление Рожера традиционные изображения Христа, апостола Петра и Танкреда уступают место двум новым типам фоллисов, на кото­рых предстают новые образы византийской иконографии, ранее не встречавшиеся на монетах Антиохии. Так, при Рожере на ан­тиохийских фоллисах впервые появляется образ Богоматери Оранты. В данном случае — это ростовое изображение Оранты, т.е. образ Оранты «Нерушимая стена». Иконография Богомате­ри Оранты была хорошо известна и распространена не только в пределах Ромейской державы, но и на других территориях, под­верженных культурному влиянию Византии, — от Руси до Ита­лии6. Однако здесь следует различать использование образа в мозаике, фреске или писанной иконе, с использованием его на монетах или печатях, т.е. знаках власти отдельных государей средневекового Запада. Если в первом варианте Оранту можно встретить на многих итальянских памятниках, то на западных монетах она фактически не встречается. В Византии, напротив, образ Оранты или близкий ему тип «Знамение» можно встре­тить и на монетах, и на многочисленных буллах. От ромеев этот образ перешел и к государям Латинского Востока, хотя здесь он встречается гораздо реже. Известно, что образ Богоматери «Зна­мение» чеканился на буллах королевы Морфии Иерусалимской, супруги союзника и сородича Рожера — короля Бодуэна II де Бурга. Но это скорее пример как раз византийского использо­вания образа, т.к. Морфия была православной армянкой-халкидониткой и дочерью византийского правителя Мелитены. В XIII веке образ Оранты появился на некоторых монетах ла­тинских императоров Константинополя. Так или иначе, нельзя не отметить, что антиохийские фоллисы Рожера — редчай­ший и ранний пример появления Оранты на монетах латинс­ких государей.

 Другим «византийским» образом, появившимся на мо­нетах Рожера, стало «Чудо святого Георгия о змие». Здесь сто­ит напомнить, что к началу XII века иконография «Чуда о змие» успела распространиться на Востоке, но в этот период она еще не была известна на Западе7. Проникновение этого образа в искусство и литературу латинского мира относится как раз к эпохе крестовых походов. И хотя связь латинской рецепции образа «Чуда святого Георгия о змие» с крестовыми походами постоянно подчеркивается в литературе, современные авторы чаще всего обращаются исключительно к паломническим рас­сказам и литературным описаниям чудесных явлений святого Георгия во время битв с сарацинами. Тот факт, что образ «Чуда святого Георгия о змие» уже в первой четверти XII века был избран для чеканки на монетах одним из двух величайших го­сударей крестоносцев фактически не удостаивается упомина­ний. Между тем появление образа святого Георгия, побеждаю­щего змия, с легендой «князь Рожер I» на антиохийских фоллисах отнюдь не следует считать явлением случайным или эпи­зодическим. Выбор иконографии на фоллисах не мог совер­шаться без князя, т.е. принятие образа святого Георгия может с полным основанием считаться выбором самого князя Рожера8. Возможно, что образ воина-святого, торжествующего над зми­ем язычества был намеренно введен как раз после великой по­беды князя Рожера над сельджукской армией у источников Тель-Данита (1115). Однако почитание образа святого велико­мученика и победоносца не спасло князя Рожера от трагичес­кой гибели, наступившей на седьмом году его правления.

Поздней весной 1119 года в пределы княжества Анти­охийского вновь вторглись тюрки, объединившиеся под коман­дованием эмира Ильгази Артукида. Князь Рожер, очевидно, рассчитывая повторить победоносную кампанию 1115 года, выступил против тюрок, не дожидаясь подхода армии иеруса­лимского короля и графа Триполи. 28 июня 1119 года армия князя Рожера была окружена и уничтожена в битве, которая была окрещена латинскими авторами «битвой на Кровавом Поле» (Ager Sanguinis). Сам Рожер пал в рукопашной схватке; по словам канцлера Готье, князю был нанесен удар мечом, про­бивший носовую перегородку и пронзивший мозг. Смерть Ро­жера ознаменовала закат нормандской Антиохии. Территория княжества с тех пор лишь неуклонно уменьшалась и никогда уже не достигла тех размеров и мощи, как при Рожере, когда она охватывала земли от Мараша на севере до предгорий ли­ванских гор на юге, и от Тарса и равнинной Киликии на западе до предместий Алеппо на востоке. Более того, со смертью пос­леднего нормандского князя — Боэмунда II (1130) княже­ство Антиохийское перестанет быть в полной мере «норман­дским» — из-за гибели многих нормандских баронов в бит­ве на Кровавом Поле и большого количества браков между нормандцами Антиохии и другими франками Заморской зем­ли. Несмотря на то, что княжеству Антиохийскому суждено было просуществовать до конца XIII века и его земли по-пре­жнему оставались самобытным центром греко-латинского со­прикосновения, расцвет первых десятилетий XII века навсегда ушел в прошлое. Коснулось это и нумизматики. «Оранту» и «Георгия» вновь заменили фоллисы с изображением святого апостола Петра, а после восшествия на княжеский престол ак­витанца Раймонда де Пуатье (1136) антиохийская монета пре­терпела большие изменения: отныне, вместо византийских фоллисов мастера Антиохии стали чеканить денье, сходные французским образцам. Тем не менее кратковременное прав­ление князя Рожера (1112-1119) представляет собой уникаль­ный, незаслуженно забытый ранний период латинской рецеп­ции византийской иконографии эпохи крестовых походов.

Литература

Asbridge T. The Creation of the Principality of Antioch. 1098-1130. Woodbridge, 2000.

Bouchier E.S. A Short History of Antioch, 300 B.C. A.D. 1268. London, 1921.

Cahen C. La Syrie du Nord a l’epoque des Croisades et la principaute franque d’Antioche. Paris, 1940.

Galterii Cancellarii. Bella Antiochena // RHC Occ. V. Paris, 1895.

Mathieu D’Edesse, Grégoire le Pretre. Chronique de Mathieu D’Edesse (962-1136) avec la Continuation de Grégoire le Pretre. Paris, 1858.

Metcalf D.M. Six Unresolved Problems in the Monetary History of Antioch, 969-1268 // East and West in the Medieval Eastern Mediterranean. Antioch from the Byzantine Reconquest until the End of the Crusader Principality. Leuven, 2006.

Michel le Syrien. Chronique de Michel le Syrien. Patriarche Jacobite D’Antioche. Vol. III. Paris, 1905.

Walter C. Origins of the Cult of Saint George // Revue des etudes byzantines. 1995, №53. P. 295-326.

Walter the Chancellor. The Antiochene Wars / ed. & trans. T. Asbridge and S. B. Edgington. Ashgate, 1999.

Примечания

 

  1. Контроль над Сицилией был утрачен ромеями после арабского завоевания IX-X вв. Нормандцы постепенно отвоевывали ромейс- кие владения в Апулии и Калабрии в течение XI в. Последний ромейский оплот в Южной Италии — Бари, пал перед нормандской арми­ей Робера Гвискара в апреле 1071 г.
  2. При этом и Танкред, и Рожер обязаны были бы отречься от пре­стола в случае прибытия в Сирию сына основателя княжества — Боэмунда II, имевшего кровные права на княжеский престол Антиохии. Однако и о Танкреде, и о Рожере правильнее говорить как о пол­ноправных князьях, т.к. на сохранившихся хартиях и прочих доку­ментальных свидетельствах они выступают именно с титулом «князь» (princeps), а не «регент» (bailli).
  3. С правлением Рожера связан единственный из дошедших до нас средневековых текстов, полностью посвященных княжеству Анти­охийскому — латинский первоисточник «Антиохийские войны», написанный княжеским канцлером Готье в первой четверти XII в. См.: Galterii Cancellarii. Bella Antiochena // RHC Occ. V. Paris, 1895; Walter the Chancellor. The Antiochene Wars. / ed. & trans. T. Asbridge and S.B. Edgington. Ashgate, 1999.
  4. В 1115 г. Рожер заключил союз с эмиром Тугтекином Дамас­ским, направленный против сельджукской армии эмира Бурсука. В 1118 г. Рожер позволил мусульманскому населению сдавшего­ся франкам Азаза покинуть город и уйти в Алеппо. Mathieu D’Edesse. Chronique. P. 298.
  5. P. 210
  6. Примечательно, что в год восшествия Рожера на престол Анти­охии (1112) в северной Италии в кафедральном соборе Равенны (Basilica Ursiana) среди новых мозаик был создан и сохранившийся поныне образ Богоматери Оранты.
  7. Примечательно, что в год восшествия Рожера на престол Анти­охии (1112) в северной Италии в кафедральном соборе Равенны (Basilica Ursiana) среди новых мозаик был создан и сохранившийся поныне образ Богоматери Оранты.
  8. Подробнее об антиохийских фоллисах времен византийского и нормандского правления, см.: Bouchier E.S. A Short History of Antioch. P. 282-285; Metcalf D.M. Six Unresolved Problems in the Monetary History of Antioch, 969-1268. P. 283-318